Анатолий Радов - Язычник: Там ещё есть надежда [СИ]

Через секунд пять до него дошло, что мертвяк не собирается его ни душить, ни сворачивать ему шею, а только хочет столкнуть в то, что находится сзади, тупо и отчаянно наваливаясь всем телом. То, что там сзади, Вечеслав помнил отчётливо, и потому с перекосившимся от напряжения и отвращения лицом, он намертво упёрся ногами в землю. Потом попробовал дёрнуться вперёд, но словно уткнулся в бетонную стену.

— Не, так не пойдёт, — мелькнуло в голове, и тут же правая нога резко скользнула сантиметров на десять назад.

— Сука, — в ужасе выдохнул он и вдруг сообразил, что не нужно останавливать движения. А даже наоборот…

Левой ногой он скользнул сам и повалился лицом в пепел. Вес туши тут же перестал ощущаться спиной и плечами, и не ожидая, когда он снова появится, Вечеслав быстро откатился в сторону. Смахнув ладонью пепел с всё ещё перекошенного лица, он уставился на мертвяка и шевелящуюся стену.

Мертвяк по-инерции стал падать, но сумел выбросить вперёд ногу и удержать равновесие в каком-то метре от стены. Довольно усмехнувшись, он уже хотел было развернуться и возможно снова броситься в атаку, но вдруг из грязи выплеснулись словно гейзеры несколько чёрных струй и как пиявки вцепились ему в тело. В грудь, в плечи, в правую ногу в районе колена. Усмешка тут же слетела с его губ, и мёртвую тишину кромки огласил отчаянный крик.

Вечеслав с пару секунд смотрел, как мертвяк сопротивляется, и тут в мозгу взметнулась мысль — Фигурка!

Он рванулся к тому месту, где она должна была лежать, и стал дрожащими руками прощупывать пепел.

В его ушах стоял душераздирающий крик, в котором слились всё, и боль, и злость, и ужас, и тоска; и совсем не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что происходит за спиной. Навь пожирала свою жертву, впитывала в себя.

— Слава богу, — выдохнул Вечеслав, наконец почувствовав в кулаке маленького деревянного человечка.

Подняв руку, он сдул с ладони пепел и уставился на фигурку. Человечек был похож на игрушку-солдатика, каких у него в детстве было почти под тысячу, не меньше. Снова сжав кулак, Вечеслав быстро огляделся, пытаясь сообразить, как теперь отсюда выбираться, и вдруг руку пронзила острая боль. Он вскрикнул от неожиданности и машинально разжал кулак. Фигурки не было. Только небольшой ожог в виде солдатика напоминал о том, что секунду назад она там была.

— Чёрт! — ругнулся Вечеслав, и вскочил на ноги, прижав ладонь к прохладной стали меча.

Навь уже почти поглотила мертвяка. Из шевелящейся массы грязи торчала только стопа ноги, но и она через миг исчезла. На кромке снова воцарилась мёртвая тишина, и казалось бы, всё, что должно было произойти — произошло, но сердце Вечеслава сжалось вдруг в стальном кулаке ужаса, от того, что он увидел.

Грязная стена нави, словно не насытившись одной жертвой, стала надвигаться на него. Он развернулся и бросился к лугу, понимая, что спасение должно быть там, где яркой жизнью пестрят цветы в зелёной траве, но со всего маху наткнулся лицом на невидимую преграду. Тут же вспышкой полоснула боль, резануло глаза молниями. Вскрикнув и хватаясь руками за нос, Вечеслав резко осел на землю. Ладони почувствовали кровь, хлынувшую из ноздрей.

— Блядь, — выдохнул он и медленно, на корточках развернулся. Стена нави неумолимо приближалась, но когда она уже почти коснулась его, Вечеслав почувствовал, как снова свело дыхание и тело провалилось в пустоту.

5

— Эй, ты чего?! — услышал он испуганный голос ведьмака. — Борись, твою мать!

Вслед окрикам последовал хлёсткий удар ладонью по щеке. Вечеслав торопливо открыл глаза.

— Хорош, — проговорил он слабым голосом. — Я тут уже.

— Ну слава богам! — радостно воскликнул ведьмак. — А я смотрю, ты застреваешь там. Тьфу ты, — зло сплюнул он под ноги. — Как же хреново без высшей силы.

— Слушай, выпить бы, — Вечеслав устало улыбнулся, и заметив недоумённый взгляд ведьмака, добавил. — Воды, в смысле.

— А-а, — протянул ведьмак. — Надо будет родник поискать, а-то и вправду, со вчерашнего дня ни маковой росинки во рту.

Вечеслав поднялся с корточек, осторожно ощупывая нос. Боль ощущалась, но крови не было.

— Знаешь, а мне там показалось, что я в стену врезался и нос в кровь разбил, — он посмотрел на ведьмака.

— Да это я тебе ладонью по носу залепил, — ответил тот. — Чтобы боль помогла назад выбраться. Если что-то болит, значит ты ещё жив, — ведьмак гыгыкнул. — Так что, извиняй.

— Да ничего, — Вечеслав хотел облизать пересохшие губы языком, но оказалось, что и сам язык не намного влажнее.

— А если из болотца попить? — спросил он.

— Лучше оно конечно потерпеть. Но раз невмоготу, сходи, хоть во рту прополощи да умойся.

— Угу. Пойду, — выдохнул Вечеслав и поплёлся в сторону деревьев, откуда раздавалось редкое кваканье.

Когда он вернулся обратно, ведьмак уже надел на себя тулуп и подпоясался верёвкой.

— Хороший жупанчик, — проговорил он, когда Вечеслав приблизился. — В веси поменяю его на рубаху и штаны, да ещё, наверно, и кун пять сверху возьму.

Вечеслав едва сдержал смех. Ведьмак в шмотке мертвяка был похож на мелкого пацанёнка, решившего натянуть отцовскую одежду. Самого же ведьмака несоответствие размеров похоже не особо парило.

— Мех хороший, — продолжал он, оглядывая себя. — Мастерски выделан.

— Ты в нём сжаришься же, — озвучил своё мнение Вечеслав, потрогав тулуп рукою.

— Да ну брось. Наоборот, прохладней будет.

— Чушь какая-то, — Вечеслав хмыкнул. — Слушай, а с этим, что делать? — он кивнул на тело мужика.

— Ну, по-хорошему нужно было бы сжечь, да холмом прикрыть. А так. В принципе он же тать, ему всё равно в Ирии не бывать.

— А сообщить… ну там… никуда не надо? Не знаю, дружинникам каким-нибудь, или ещё кому.

Ведьмак рассмеялся.

— Чё? — не понял Вечеслав.

— Да мы от ближайших дружинников верстах в восьмидесяти, если не больше, — сквозь смех выдавил ведьмак. — Пока ты сообщать будешь, его волки давно слопают. Да и попробуй докажи, что он разбой вершил, а не ты. Наложат виру, в смысле штраф в сорок гривен кун, как за людина, запаришься расплачиваться. Это больше двух с половиной килограммов серебра, цена трёх коней. Да и такое только в случае если родственники от кровной мести откажутся, или если их вообще нету, а иначе не отстанут, пока глотку не перережут. Нахрен нам кровнички?

— У-у, жёстко тут у вас, — Вечеслав присвистнул.

Ведьмак угукнул с задумчивым видом и пару раз кивнул.

— Надеюсь, его и вправду волки съедят, — проговорил он вполголоса, с презрением взглянув на тело. — А-то подставим местную вервь на сорок гривен. Нехорошо.